Профессор А. К. Светозарский
СПРАВКА О СОСТОЯНИИ ЦЕРКОВНОЙ ЖИЗНИ НА УКРАИНЕ
История существования на территории современной Украины УПЦ, а также параллельного формирования раскольнических групп (Украинская автокефальная православная церковь, Украинская православная церковь Киевского патриархата и др.).
Со времени своего основания и до середины XV века Русская Православная Церковь существовала в виде Русской митрополии Константинопольского патриархата. Митрополиты избирались и назначались византийскими императорами и Константинопольскими патриархами. Духовно-административным центром и постоянной резиденцией митрополитов был город Киев, общерусское значение которого начинает падать ещё до ордынского нашествия. Второй митрополит периода ордынского владычества Максим в 1299 году покинул разорённый в очередной раз вражеским набегом Киев и вместе со своей духовной администрацией обосновался в более безопасном Владимире-на-Клязьме – новом потенциальном центре силы для раздробленных русских княжеств. Его преемник митрополит Пётр – уроженец Волыни и кандидат на митрополию от Галицко-Волынского князя Юрия Львовича, тем не менее, также обосновался на берегах Клязьмы, а затем поселился в набиравшей силу Москве, став ближайшим советником и наставником князя Ивана Калиты. Более того, митрополит Пётр благословил строительство каменного Успенского собора и завещал похоронить себя в Москве. Эти инициативы митрополита нуждаются в комментарии. В древности храм, где постоянно служил архиерей (епископ, архиепископ, митрополит), его кафедральная церковь, должна быть непременно каменной. Москва не была в то время центром епархии, поэтому начатое по благословению митрополита Петра строительство современники рассматривали как заявку на возникновение нового центра митрополии. На это указывало и завещание митрополита, его желание быть похороненным в Москве. В рассматриваемый период митрополитов всегда хоронили в Киеве. Даже тело умершего в Переславле Залесском митрополита Кирилла – первого митрополита после Батыева нашествия – везли хоронить в Киев. Первым эту традицию нарушил митрополит Максим. По его велению он был похоронен во Владимире-на-Клязьме. А митрополит Пётр упокоился в Москве, указывая тем самым на грядущее значение Москвы как общецерковного центра. Преемник митрополита Петра грек Феогност прибыл в Москву и жил здесь как в своей постоянной резиденции.
При митрополите Алексие, которого следует считать одним из основателей собственно московской государственности и активным участником борьбы за объединение русских земель, в Константинополе признали факт возникновения нового церковного центра, но ассоциировали его не с Москвой, а с Владимиром, так как этот город был городом великих князей северо-восточной Руси. Киев при этом сохранял для русских митрополитов статус «собственного престола и седалища архиерейского», а Владимир объявлялся «вторым седалищем и местом пребывания и упокоения».
Митрополия оставалась единой. Делить её греки не хотели. Митрополиты постоянно пребывали в Москве, совершая по временам довольно продолжительные визитации в южные и юго-западные епархии. Особенно долго в силу разных причин там жили митрополиты Киприан и Фотий.
Однако по причине возникновения новых политический и конфессиональных реалий на протяжении XIV–XV вв. с инициативами по разделению митрополии и перемещению центров церковного управления выступали галицкие князья, а затем польские короли и великие князья Литовские, завладевшие землями домонгольской Руси. Но Константинополь, хотя и был вынужден по временам идти на уступки, всё же следовал генеральному курсу на сохранение единства русской митрополии. Разделение же стало возможным в контексте последствий униональной политики Константинополя. В 1439 году Константинополь и зависящие от него восточные патриархаты изменили Православию, подписав условия Флорентийской унии. Ромеи надеялись компромиссом в вере получить помощь Запада ради спасения остатков империи. Решения Ферраро-Флорентийского собора вызвали взрыв негодования среди православного народа и сохранившего верность православному учению духовенства. Иерархи один за другим отрекались от унии, заключённой на условиях римо-католиков. Но из политических соображений государственная власть и церковная верхушка то отрекалась от унии, то декларировала верность данным во Флоренции обещаниям. В деле заключения унии, этой богословской капитуляции перед Римом, сыграл свою роль и митрополит Русской Церкви грек Исидор, обличённый затем великим князем Московским Василием Васильевичем и бежавший из Москвы в Рим. В 1458 году папа Каллист III дал своё согласие проживавшему в Риме Константинопольскому патриарху – униату Григорию IIIМамме на поставление русским митрополитом униата архидиакона Григория Болгарина. При этом Исидор отказался от своих «прав» на русскую митрополию, объединявшую православных Руси, Литвы и Польши. Но новая стадия проекта по продвижению унии дальше на Восток не задалась, и в 1467 году Григорий принял юрисдикцию Константинополя. В Православии его восстановил патриарх Константинопольский Дионисий I с титулом митрополита Киевского и всея Руси. В Литве государственную власть вполне устраивало такое положение дел.
Там теперь был свой митрополит, и задача отрыва православных подданных от Москвы казалась почти решенной. Митрополит, зависящий от далёкого Стамбула – Константинополя и при этом подданный великих князей Литовских. Что могло быть лучше?
Ещё будучи униатом, Григорий пытался заявить о своих правах на великороссийские епархии, но встретил жёсткий отпор. Не приняли его и после перехода в Православие. В 1448 году Русская Церковь провозгласила автокефалию. Собором русских епископов на вдовствующую после бегства Исидора митрополию был поставлен Рязанский епископ Иона, имевший от греков благословение стать митрополитом в том случае, если с Исидором что-либо случится. Благословение дали из дипломатических соображений, но с Исидором действительно «случилось». Он изменил Православию. Уверенности в том, что в Константинополе покончили с унией у наших предков не было. Не убеждал их и тот факт, что после падения Константинополя в 1453 году Православие было восстановлено. Но исчезла фигура императора, занимавшая видное место в церковной жизни Византии. И не только. Византийского императора поминали у нас на Руси за богослужением, и наши учителя в вере – византийцы неизменно настаивали на поминовении повелителя «всех ромеев, то есть всех христиан». И вот императора не стало. Вместо императора патриархов ставил и низлагал турецкий султан. Во всей вселенной оставался единственный, хотя и не вполне независимый, православный государь – великий князь Московский. В пределах формирующегося и крепнущего Московского государства тем временем начинает формироваться теория «Москва – Третий Рим», окончательно оформившаяся при Иване III. Начался период разделения митрополии, точнее – раздельного существования двух православных русских митрополий, действовавших в различных внешних условиях.
Статус Московской автокефальной митрополией понятен: Православная Церковь в православном государстве и при православном государе. При всех шероховатостях и даже серьёзных конфликтах, возникающих периодически в сфере церковно-государственных отношений, основной контур этих отношений сохраняется. А что в Литве и Польше? В Польше православные – меньшинство, испытывающие постоянное давление со стороны инославной власти и католического духовенства, которое не только развернуло поддерживаемую государством миссию среди «схизматиков», и всеми силами попыталось установить контроль над внутрицерковной жизнью православных.
В Литве ситуация несколько отличается. Большинство подданных великого князя литовского принадлежат к Православной Церкви, и не считаться с их интересами литовские правители не могут. До последней трети XIV столетия собственно литовцы остаются язычниками. Правители Литвы придерживаются язычества (Гедемин) или меняют конфессиональную принадлежность в зависимости от политической конъюнктуры (Миндовг, Витовт, Ольгерд). В 1386 году литовцы (последние в Европе) принимают христианство в форме католичества. Таково условие, выдвинутое от имени польской королевы Ядвиги при заключении династического брака с литовским правителем Ягайлой, который должен был отречься от Православия и также принять католичество. Акт о Городельской государственной унии, принятый в 1413 году предоставлял права польской шляхты лишь князьям и боярам, исповедующим католицизм. Они входили вместе с католическими епископами в Раду – совет великого князя Литовского. Православная аристократия и епископат были этого права лишены и поставлены тем самым в дискриминационное положение. Положение людей второго сорта угнетало православных аристократов. Недовольны были и епископы, кстати, в соответствии со сложившейся в Литве практикой также принадлежавшие к литовской православной знати. Кроме того, неоднократно принимались законы, запрещавшие строительство новых и ремонт существующих православных храмов. Но они не касались частных владений. Консолидации православных способствовало введённое в городах Магдебургское право, и православные могли объединяться в братства и союзы, заниматься благотворительной, просветительской и образовательной деятельностью. Действовали храмы и монастыри, находившиеся под патронатством православных магнатов. При слабости центральной власти православные могли отстаивать свои права на избирательных сеймах.
Но инославная власть владела мощным орудием влияния на внутреннюю жизнь Православной Церкви, обладая правом подавания (jusdonandi) «столиц и хлебов духовных». Литовские и польские государи при назначении епископов закрепляли за ними право владения церковной недвижимостью. На практике великий князь или король жаловал епископством своих верных слуг за заслуги на военном поприще или в сфере государственного управления. Кандидат при этом мог быть и мирянином. Материальные выгоды двигали им при принятии сана и монашества. Зачастую такие духовные лица не считали нужным изменить привычный образ жизни и оставить мирские привычки.
Аристократы-патроны устанавливали порядки в монастырях по своему усмотрению поставляли и смещали игуменов и игумений, что приводило к конфликтам с епископами. С епископами конфликтовали и твёрдо стоявшие за Православие православные братства, наделённые посещавшими иногда свою паству восточными иерархами.
Положение православных значительно ухудшилось после заключения Люблинской государственной унии 1569 года, когда при образовании Речи Посполитой Литву по сути поглотила Польша. На литовско-русские земли хлынули иезуиты, которые на фоне глубочайшего кризиса Киевской митрополии приступили к поэтапной подготовке церковной унии, заключённой на Брестском Соборе 1596 года. Подавляющее большинство епископата во главе с митрополитом Михаилом Рогозой подписали условия соединения с Римом, предусматривающие полное принятие католического вероучения. Ради народа униатам оставили юлианский календарь и традиционный восточный обряд. Духовенство выговорило необязательность принятия целибата перед рукоположением, то есть в недрах нового религиозного сообщества сохранялась возможность женатого священства. Воспитанник иезуитов король Сигизмунд III подписал решения Брестского Собора, получившие в силу этого значение государственного закона. Православная Киевская митрополия после заключения Брестской унии 1596 года dejure прекратила своё существование в пределах Речи Посполитой. Но и бывшие православные не слились воедино с католиками в организационном отношении. Они образовали особое сообщество – униатскую (греко-католическую) Киевскую митрополию во главе с митрополитом-отступником Михаилом Рогозой.
Поставленные вне закона православные чувствовали себя в относительной безопасности на Левобережье и на казацком юге. Православными остались два епископа: Львовский Гедеон Балабан и Перемышльский Михаил Копыстенский. Впоследствии из унии в Православие перешёл епископ Иеремия Тиссаровский. Блюстителем митрополии считался Гедеон Балабан. Но со временем в силу естественных причин, естественной убыли носителей епископского сана возникла угроза полного исчезновения иерархии. Внимая настойчивым просьбам казачьей верхушки и под охраной Запорожского войска посетивший Киев Иерусалимский патриарх Феофан IV в обстановке строгой секретности рукоположил 9 октября 1620 года нового митрополита Киевского и всея Руси. Им стал Иов Борецкий. Патриарх рукоположил также епископов Полоцкой, Витебской, Мстиславской и Владимиро-Волынской епархий. Таким образом была восстановлена каноническая православная иерархия и православная Киевская митрополия. Патриарх Феофан проезжал по территории Речи Посполитой на пути в Москву с определённой миссией. Он направлялся к царю Михаилу Фёдоровичу за милостыней. Это не было архипастырской визитацией. И он сильно рисковал, когда на обратном пути выполнил просьбу казаков и православных киевлян.
Воссоздание православной иерархии вызвало новую волну гонений. Но дело было сделано, хотя власти новопоставленных епископов не признали. Преемником Иова Борецкого стал митрополит Исайя Копинский, но этой фигурой пожертвовали ради нового курса во взаимоотношениях с польским правительством. Исайю устранили и его место занял энергичный и предельно лояльный Варшаве митрополит Пётр Могила. Сын молдавского господаря он был образован и лично известен королю Владиславу IV. В молодости служил в польском войске, а по принятии монашества занимался просвещением и церковно-административными делами. Петру Могиле удалось добиться восстановления официального статуса православной Киевской митрополии. Но от Москвы он предельно дистанцировался. А когда попытался наладить контакты, встретил довольно прохладный приём.
В период борьбы за Малороссию, в эпоху «Руины», фактически в условиях развернувшейся гражданской войны дела церковного управления пребывали в состояния хаоса. Каждая из противоборствующих сторон выдвигала своего верховного администратора, власть которого распространялась на определённый регион. По условиям Андрусовского мира 1667 года Киев и Левобережье остались за Московским государством. Высшее духовенство Малороссии за редким исключением (архиепископ Лазарь Баранович, архимандрит Иннокентий Гизель и др.), опасаясь за свои привилегии и «маетности», пыталось саботировать некоторые мероприятия присланных из Москвы военных и гражданских чинов, фрондировало в отношении московских церковных властей. Лишь в 1685–1686 годах в ситуации произошёл перелом, продиктованный заключением Вечного мира с Польшей. Новый митрополит Киевский Гедеон Святополк-Четвертинский отправился за поставлением в Москву к патриарху Иоакиму. Константинопольский патриарх признал вхождение Киевской митрополии в состав Московского патриархата. На тот момент в митрополии было шесть епархий: Киевская, Черниговская в России, Львовская, Луцкая, Перемышльская, Могилёво-Мстиславская в Речи Посполитой. С 1688 года Черниговская епархия перешла под непосредственное управление патриарха Московского. Львовская, Луцкая, Перемышльская ушли к униатам.
До 1780-х годов продолжалась унификация церковной жизни Киевской митрополии с реалиями церковной жизни других российских епархий. И в синодальный период митрополия как некая надепархиальная структура не существовала. В XIX –начале ХХ века это была епархия с типичной структурой управления, правда, архиереи, занимавшие Киевскую кафедру, в знак почтения к её древности и роли в истории русского православия носили сан митрополита. А также в силу занимаемого положения являлись постоянными членами Святейшего Синода. Обладали они и некоторыми отличиями при совершении богослужений на территории своей епархии.
В период революционных потрясений часть украинского духовенства и мирян при поддержке националистически настроенных политиков начинает выступать с идеей автокефалии Православной Церкви на Украине. 7 января 1918 года в Киеве начал работу Всеукраинский Церковный Собор,на котором наряду с прочими обсуждался и вопрос автокефалии. Делегаты Собора большинством голосов (150 против 60) отвергли идею автокефалии. Проходивший в Москве Поместный Собор Православной Российской Церкви во время работы второй сессии Собора (2 января – 7 апреля 1918 года) принял «Положение о временном Высшем Церковном Управлении на Украине», согласно которому в пределах Украинского государства образуется церковная область с особым управлением на началах автономии. Все вопросы, кроме имеющих общецерковное значение теперь будет решать Украинский Церковный Собор, которому принадлежит высшая власть. Предполагалось, что собор должен происходить не реже одного раза в три года. В межсоборный период будут действовать Священный Синод, состоящий из всех правящих архиереев Украины, и избираемый Собором Высший Церковный Совет. В делах высшего церковного управления за патриархом Всероссийским оставлялось лишь право утверждать уже избранных Собором Киевских митрополитов и епархиальных архиереев. Модель эта осталась нереализованной. Воплощению её в жизнь помешали и смена власти и события Гражданской войны, и возникновение расколов и разделений, и развернувшиеся гонения на Церковь. Последним митрополитом Киевским и Галицким был архиепископ Антоний (Храповицкий), вынужденно покинувший Россию в ноябре 1920 года. Собор собрать возможности не было. Прямо назначить в Киев митрополита, вокруг которого сплотились бы верные Церкви архиереи, он не мог, так был связан соборным постановлением, и тогда патриарх в качестве своего экзарха в Киеве и на Украине назначил архиепископа Михила (Ермакова). Идея широкой автономии не была востребована и в более спокойные годы. Киевские митрополиты носили титул Патриарших экзархов Украины до самого упразднения экзархата в 1990 году.
Украинская Автокефальная Православная Церковь (УАПЦ)
Как уже отмечалось выше, движение за предоставление Православной Церкви на Украине возникло в период революционного брожения в 1917 году. Летом этого года в Москве проходил Всероссийский съезд духовенства и мирян. Присутствовали и делегаты от Украины, заявившие, что им нужен Собор для решения местных вопросов. Тем временем в Киеве избранная в апреле на Киевском епархиальном съезде Киевская епархиальная Рада уже назначила сроки проведения предполагаемого Собора и образовала комиссию по его подготовке, которую возглавил епископ Уманский Димитрий (Вербицкий). Но одного революционного творчества определённых кругов было недостаточно. Необходимо было получить на созыв Собора благословение священноначалия. Обратились в Святейший Синод. Следует отметить, что против идеи созыва отдельного украинского Собора резко выступал митрополит Киевский Владимир (Богоявленский) и назначенный Временным правительством обер-прокурором Синода А.В. Карташев. В результате Синод отказал, мотивируя своё решение тем, что нецелесообразно заниматься местными вопросами в преддверии открытия Всероссийского Поместного Собора. Но идею украинского Собора поддерживало национально ориентированное Братство Воскресения и украинская власть в лице Центральной Рады. Но они прямо заявляли о том, что Собор на Украине нужен для провозглашения автокефалии.
После октябрьской революции и провозглашения Украинской Народной Республики III Всеукраинский военный съезд принял резолюцию о том, что в независимой Украине должна быть автокефальная Церковь с богослужением на украинском языке. Тут же был образован комитет по созыву Всеукраинского Церковного Собора. В ноябре 1917 года этот комитет совместно с активистами Братства Воскресения и комиссией по организации Собора, избранной Киевским епархиальным съездом, образовали Всеукраинскую Православную Церковную Раду (ВПЦР), которая и приняла решение о созыве Собора.В типографии Киево-Печерской лавры отпечатали воззвание, в котором ВПЦР объявлялась высшей церковной властью на Украине вплоть до созыва Собора.
28 декабря 1917 года ВПЦР выпустила обращение «К украинскому народу», где разъяснялось, что цель Собора – провозглашение автокефалии и что на Собор следует выбирать делегатов из числа украинцев, поддерживающих идею автокефалии. Также последовал призыв к непоминовению за богослужением имени патриарха Тихона.
Агрессивные и антиканонические действия церковных самостийников вызвали протесты со стороны верных церковному единству жителей Украины. Совет приходских советов Киева обратился к патриарху Тихону с призывом запретить созыв особого украинского Собора, а священников – самостийников лишить сана. В обращении указывалось и на опасность сближения на национальной почве с униатами, активизировавшимися после падения монархии. Украинские делегаты на проходившем в Москве Поместном Соборе 20 ноября 1917 года заявили о том, что председателем предполагаемого Всеукраинского Церковного Собора должен стать митрополит Киевский Владимир (Богоявленский). Архиепископ Евлогий (Георгиевский) внёс предложение о том, чтобы направить украинский Собор по каноническому пути, обеспечить должное представительство всей полноты церковной в составе делегатов. Поместный Собор направил свою делегацию в Киев для переговоров с правительством УНР. В целом Поместный Собор стоял на следующих позициях: автокефалию не предоставлять, но предоставить автономию и внутреннее самоупрвление.
Тем временем украинская Центральная Рада признала ВПЦР законным представителем Православной Церкви на Украине. А также представители украинской власти потребовали удалить с Украины митрополита Киевского Владимира и епископа Никодима (Кроткова) и перередать церковное управление епископу Димитрию (Вербицкому) или епископу Каневскому Василию (Богдашевскому).
В результате переговоров удалось добиться компромисса: во главе ВПЦР встанут епископы, церковная Рада созывает Собор и входит в состав его делегатов.
Всеукраинский Церковный Собор открылся 7 января 1918 года под почётным председательством митрополита Владимира (Богоявленского) при реальном председательстве епископа Балтского Пимена (Пегова). Несмотря на давление со стороны представителя Центральной Рады А.М. Карпинского, вопрос об автокефалии не прошёл. А 23 января Киев был взят советскими частями М.А. Муравьёва. Собор прекратил работу.
Не возобновилась соборная деятельность и при гетмане Скоропадском, несмотря на то, что около ста делегатов находилось в Киеве. Нового Киевского митрополита вместо убитого 25 января митрополита Владимира (Богоявленского) избирал епархиальный съезд. Им стал противник украинской автокефалии митрополит Антоний (Храповицкий).
На второй сессии Собора (20 июня – 11 июля 1918 года) было принято решение об автономии, утверждённое патриархом Тихоном. Члены ВПЦР покинули Собор.
С 28 октября Собор продолжил свою работу, завершившуюся 16 декабря 1918 года. В Киеве установилась власть петлюровской Директории, которая 1 января 1919 года приняла закон «О высшем управлении Украинской Автокефальной Православной Соборной Церкви», определяющий автокефалию Церкви на Украине и её финансовую независимость от государственной власти.
Можно предположить, что к подготовке этого акты был причастен Василий Липковский (1864–1937) – священник, церковно-педагогический деятель, после февраля 1917 года – председатель Киевского епархиального съезда духовенства и мирян, член Всеукраинского Церковного Собора. Директории не удалось провести «церковный закон» в жизнь. В феврале 1919 года части РККА вошли в Киев. Липковский остался в городе, где приего участии возникла «Украинская церковная община», получившая официальную регистрацию в органах советской власти, которые передали в пользование общине бывший военный Никольский собор. 27 апреля власти зарегистрировали ВПЦР как орган организации и управления украинскими приходами. Председателем ВПЦР стал сотрудник Киевского губисполкомаМ.Н. Мороз.
На Николин день, 22 мая 1919 года, сторонники общины устроили первое богослужение на украинском языке в Никольском соборе на Печерске. В июне общинникам передали древний Софийский собор, где Липковский стал настоятелем, и Андреевскую церковь. В святой Софии литургию на украинском языке отслужили 29 июня 1919 года. Вся деятельность общины велась при лояльном отношении со стороны власти и при этом без благословения временно управляющего Киевской епархией епископа Черкасского Назария (Блинова). Последний проигнорировал все попытки общинников вовлечь его в переговорный процесс. Уклонились от попыток вовлечь их в самочиние даже считавшиеся украинофилами епископы Димитрий (Вербицкий) и Василий (Богдашевский).
В августе в Киев вошли Вооружённые силы Юга России, и Липковский бежал из города, устремившись в Каменец-Подольский, где находилась Директория. В Каменце он некоторое время работал в руководстве петлюровского министерства культов. Когда до Каменца-Подольского дошла Красная Армия, вернулся в Киев в декабре 1919 года. А 5 января 1920 года ВПЦР прошла перерегистрацию и возобновила свою деятельность как Всеукраинское сообщество православных «парохий», открывшее свои филиалы в Каменце-Подольском, Николаеве, Одессе и в Полтаве.
Деструктивная антицерковная деятельность Липковского привела к тому, что 30 апреля 1920 года он был запрещён в служении, а 25 марта 1921 года лишён сана.
А 5 мая 1921 года «сообщество парохий» открыто встало на путь раскола. Его члены отреклись от московской духовной власти и объявили о создании Украинской Автокефальной Православной Церкви (УАПЦ). 14 октября состоялся ПЕРВЫЙ всеукраинский православный церковный Собор. Прибыв на заседание в храм святой Софии,Липковский заявил, что епископы сами себя отлучили от Церкви. Патриарший экзарх Михаил (Ермаков) пытался увещевать раскольников, также явившись в собор. Но безуспешно. И на заданный ему вопрос, может ли он поставить епископа для украинцев, ответил, что он гадюк в епископы не посвящает.
Лжесоборлипковцев избрал Церковную Раду. В её состав вошли представители националистически настроенной интеллигенции. Избрали Липковского в качестве «архиепископа-митрополита Киевского и всея Украины», а священника Нестора Шараевского – «архиепископом Киевским». 23 октября состоялось их «соборно-мирянское рукоположение»: священники в алтаре возлагали руки на «рукополагаемых», на плечи священников возлагали руки диаконы. Участвовали таким образом и миряне. Но количество явно не в данном случае может переходить в качество. Ни о каком рукоположении здесь речи быть не может. Но тем не менее, Липковский и Шараевский, восприняв «хиротонию», «рукоположили» таким же образом ещё одного «епископа». Им стал Иоанн Теодорович. Безблагодатное раскольничье сообщество, лишённое апостольского преемства в рукоположении, в православном сообществе получило название самосвятов и по фамилии главного деятеля –липковцев.
Самосвятскийлжесобор провозгласил т.н. «киевские каноны», согласно которым епископско-самодержавный строй заменялся церковно-соборно-правным, вводится женатый епископат, вся власть передаётся церковным советам, признаётся свободный брак и развод клириков по нормам гражданского законодательства, монахи действуют в рамках приходов в формате отдельных религиозно-трудовых братств. Любое богослужебное творчество поощряется.
Вводилось также выборное начало. Священников избирает приход, епископов – уездные собрания, митрополита – Собор или Церковная Рада по полномочиям от Собора. Епископат при «соборном народоправстве» имеет лишь совещательный голос, их основная функция – совершать богослужения и рукополагать клириков. Церковный Собор созывается раз в пять лет на праздник Покрова.
Богослужебным языком объявляется «мова», осмеяние «мовы» приравнивается к хуле на Духа Святого.Тарас Шевченко почитается как пророк. Вводятся «шевченковские дни» – день рождения и день смерти.
Терпимое отношение к самосвятам со стороны советских властей на начальном этапе липковщины объясняется стремлением ослабить каноническую Церковь, так и проводившейся политикой украинизации.Липковскому и его приверженцам сходили с рук такие радикальные акции как захваты православных храмов. Так, при попытке насильственного захвата храма приверженцами УАПЦ в Переяславе-Хмельницком 5 февраля 1923 годаарестовали ФеофилаБулдовского, но уже через два дня отпустили. При этом храм был самосвятами захвачен. В декабре 1925 года Липковского арестовали и обвинили в переписке антисоветского характера с эмиграцией. Но уже в январе 1926 года освободили без последствий. В конце того же года УАПЦ благополучно прошла регистрацию. В 1927 году власти передали УАПЦ ряд киевских храмов и разрешили выпуск периодического издания «Церква и життя».
Но в связи с отказом от украинизации, сворачиванием НЭП, началом масштабного наступления на все религиозные объединения в СССР положение УАПЦ пошатнулось. В изменившихся условиях над её деятелями нависла угроза обвинений в буржуазном национализме и связям с заграницей, тем более, что миссионеры УАПЦ во главе с Иоанном Теодоровичем активно работали в украинской диаспоре. Фигура Липковского стала неудобной и, в том числе, для его сторонников. Несмотря на заявление о лояльности, направленное Правительству УССР 15 августа 1927 года, Липковский явно лишился поддержки властных структур. А 21 октября того же года II Всеукраинский Собор УАПЦ отправил его на покой. В марте 1928 года Собрание Всеукраинской православной Церковной Рады обвинило Липковского в использовании соборно–правности и демократии не на пользу УАПЦ. В ноябре тот же орган УАПЦ запретил его в служении.
В январе 1930 года собравшийся в Софийском соборе Киева Чрезвычайный ликвидационный съезд УАПЦ объявил о самороспуске по причине собственной антисоветской деятельности. Столь радикальное саморазоблачение не избавило в дальнейшем приверженцев прекратившей существование самосвятской «Церкви» от преследований и уничтожения.
Сам идейный вождь и организатор раскола проживал как частное лицо. С 1929 года работал над мемуарами. 17 октября 1937 года он был арестован за переписку с эмигрантами на предмет возможности возглавления приходов УАПЦ в Канале и за связь, которую он поддерживал с епископом Польской Православной Церкви Поликарпом (Сикорским). 20 ноября приговорёнк расстрелу и 27 ноября расстрелян.
Но самоназвание Украинской Автокефальной Православной Церкви усвоили себе не только самосвяты-липковцы. В рассматриваемый период, отчасти как реакция на самосвятский раскол, возникла ещё одна УАПЦ, прозванная Лубенским расколом, феофиловщиной и булдовщиной.
Лубенский раскол
Среди архиереев-украинофилов идея столь радикального варианта автокефалии, какой возник на Лжесоборе 1921 года, энтузиазма не вызвала. Даже экстравагантный епископ Антонин (Грановский) – в скором будущем один из радикальных вождей обновленчества, отказался иметь дело с будущими самосвятами. Переговоры со сторонниками Липковского вёл епископ Парфений (Левицкий), но в конечном итоге тоже от них дистанцировался. Ученик епископа Парфения священник Феофил Булдовский (1865–1944) – активный пастырь и известный ещё с дореволюционных времён украинофил, ещё в мае 1917 года на Полтавском епархиальном съезде предложил свою программу украинизации церковной жизни, некасавшуюся основных церковных институций, утверждённых каноническими правилами. Он ратовал за введение украинского языка в богослужение, застроительство и украшение храмов в национальном стиле, за украинизацию духовной школы. Единственное в чём он на тот момент расходился с канонами, так это в предложенном им запрете на рукоположение великороссов в епископы для Украины. Булдовский был делегатом Всеукраинского Церковного Собора. Епископ Парфений покровительствовал отцу Феофилу и хотел видеть его в числе собратьев по сану. Осенью 1921 года он ходатайствовал за Булдовского перед патриаршим экзархом архиепископом Михаилом (Ермаковым)на предметпоставления своего протеже викарием Полтавской епархии. Архиепископ Михаил ходатайство проигнорировал. Возможно его смущало украинофильствоБулдовского, к тому же пребывавшего в женатом состоянии. Но хиротония в конце концов состоялась. К тому времени Булдовский овдовел. 14 января 1923 года архиерейское рукоположение Феофила во епископа Лубенского, викария Полтавской епархии, совершил архиепископ Полтавский Григорий (Лисовский) в сослужении со своими викариями.
Епископ Феофил полагает, что только законная автокефалия сможет уврачевать учинённый самосвятами раскол. В этом он убеждает своего епархиального архиерея. Своих самостийнических взглядов епископ Феофил не скрывает, что вызывает нарекания со стороны архиереев соседних епархий. Для дачи объяснений по этому поводу епископ Феофил в сентябре 1924 годаотправляется в Москву к патриарху Тихону, оказавшись при этом главой делегации сторонников автокефалии в её законном варианте. Патриарх Тихон даёт понять, что лично он принципиальных возраженийне имеет, но разрешение вопроса относится к компетенции Поместного Собора. Время делегацией выбрано крайне неудачно. Власти не только не дают, при патриархе действует назначенный им Синод, так как полномочия прежних органов Высшего Церковного Управления истекли в 1921 году.
Вскоре после возвращения в Лубны епископ Феофил вышел за рамки канонического поля и встал на путь раскола. Он вышел из подчинения епархиальному архиерею, перестал поминать за богослужением имя патриарха Тихона и вошёл в общение с Павлом Погорилко – «щирым украинцем» и большим авантюристом. Он безуспешно пытался получить хиротонию в Грузинской Православной Церкви, не имевшей на тот момент общения с РусскойПравославной Церковью. И получил «архиерейство»у Антонина (Грановского) –обновленца, возглавлявшего действующий обособленно Союз Церковного Возрождения. Затем Булдовский и Погорилко «хиротонисали во епископы» протоиерея Сергия Иваницкого. И Булдовский объявил себя автокефальным епископом Полтавским. Патриарх Тихон вызвал его для объяснений, предупреждая, что в случае неявки последует запрет в служении и заочнй суд. Булдовский в Москву не поехал.
В конце декабря 1924 года суд, созванный экзархом Михаилом (Ермаковым)в составе тринадцати архиереев изверг из сана и отлучил от общения церковного учинителей раскола.
Булдовский решение суда проигнорировал и инициировал созыв Собора в Лубнах для провозглашения автокефалии. Лжесобор начал свою работу 4 июня 1925 года в составе двухот делегатов и при участии раскольничьих архиереев: Феофила Булдовского, Павла Погорилко, Сергия Лабунцева и Иоанникия Соколова. Провозгласив автокефалию, делегаты высший орган управления – Собор епископов Украины, который возглавил «архиепископ всея Украины» Павел Погорилко.
Приверженцы «соборно – епископской УАПЦ» проживали в Полтавской, Черниговской, Днепропетровской областях УССР. Были общины в Подолии. Богослужения совершались как на украинском, так и на церковно – славянском языках. Календарных нововведений литургических нововведений лубенцы не практиковали.
В 1927 году большая часть лубенских епископов перешла к раскольникам-григорианам, а в конце этого же года на сессии Собора епископов Булдовский был избран его председателем и возведён в сан архиепископа, через год – в сан митрополита. Этот год стал последним годом относительно спокойного существования. Последовали репрессии и разгром структур. В 1939 году последний храм лубенцев в Ворошиловграде был закрыт. Сам Булдовский с 1940 года проживал в Харькове какчастное лицо.
Церковная ситуация на Украине в годы оккупации
В годы Великой Отечественной войны на оккупированных территориях действовали Украинская Автономная Православная Церковь и Украинская Автокефальная Церковь.
В самом начале войны перед архиереями, оказавшимися под немецкой оккупацией, встал вопрос об организации церковного управления в изменившихся внешних обстоятельствах. Речь идёт об архиереях западных областей, вошедших в состав СССР в 1939 году. До этого момента они находились под юрисдикцией Польской Православной Церкви, самочинно под давлением польских властей провозгласившей в 1924 году и разорвавшей общение с патриархом Тихоном и Русской Православной Церковью. Автокефалию Польской Церкви поддержал Константинопольский Патриархат. Пребывание в юрисдикции Польской Православной Церкви рассматривалась как пребывание в расколе. Поэтому в 1940 году большая часть архиереев западных областей принесли покаяние и были приняты в число архиереев Русской Православной Церкви. Именно эти архипастыри по инициативе архиепископа Алексия (Громадского) собрались 18 августа 1941 года в Успенской Почаевской лавре на областной Собор православных епископов на Украине. Под председательством архиепископа Алексия в работе Собора участвовали: архиепископ Острожский Симон (Ивановский), архиепископ Львовский Пантелеимон (Рудык),епископ Пинский и Полесский Вениамин (Новицкий). Иерархи подтвердили свою принадлежность к Русской Православной Церкви и по причине отсутствия связи с Московской Патриархией объявили церковную область, где они епископствуют, находящейся на автономном управлении. Своим предстоятелем они избрали владыку Алексия. Все эти действия соответствовали канонам.
На решения Почаевского Собора резко отреагировал возглавлявший Польскую Церковь митрополит Дионисий (Валединский), рассматривавший эти находившиеся до 1939 года в составе Польши области как свою каноническую территорию. Однако германские власти запретили митрополиту Дионисию заниматься церковной деятельностью вне пределов Польского генерал-губернаторства. Но его протесты остались без ответа. А 9 декабря 1941 года автономисты провели Архиерейский Собор вПочаеве и избрали архиепископа Алексия митрополитом Волынским и Житомирским, экзархом всея Украины. Не имея возможности лично вмешаться в ситуацию, митрополит Дионисий назначил архиепископа Луцкого Поликарпа (Сикорского) временным администратором Польской Православной Церкви на территории Украины. Совместно с архиепископом Поликарпом действовал архиепископ Полесский и Пинский Александр (Иноземцев). Они оба не воссоединились в своё время с Русской Православной Церковью и признавали своим первоиерархом митрополита Дионисия. Но действовать они начали не совсем так, как хотел бы Варшавский митрополит.Совершив рукоположения трёх епископов, Поликарп и Александр в феврале 1942 года провели в Пинске Собор, который декларировал возрождение Украинской Автокефальной Православной Церкви. Более того, Собор принял в общение без рукоположения «клириков» из числа липковцев-самосвятов.
Таким образом на территории Украины помимо канонической Украинской Православной Автономной Церкви вновь возникла сомнительная структура, пополнившая ряды своего духовенства безблагодатными не имеющими рукоположения самосвятами. При этом не взирая на каноническую ущербность УАПЦ её возрождение приветствовали украинские националисты как коллаборационисты, состоящие при разных оккупационных структурах, так и представители подпольных вооружённых формирований. Бандеровско-мельниковское подполье оказывало давление на епископат и священников Автономной Церкви, требовали слияния с УАПЦ, вполне отвечавшей их представлениям о том, какой должна быть «самостийна украиньска Церква». В результате переговоров появился документ, подписанный 8 октября 1942 года, «Акт объединения», признающий существование автокефальной Украинской Православной Церкви и митрополита Дионисия как Местоблюстителя Киевского Митрополичьего Престола. Но документ отвергли и представители епископата, и клир, и народ церковный. Осенью 1942 года епископы автономной (канонической) Церкви выпустили меморандум, объявляющий «Акт объединения» не имеющим канонической силы. О невозможности объединения оккупационную администрацию уведомил 27 ноября 1942 года. А 7 мая 1943 года владыка Алексий (Громадский) был убит националистами. Жертвой ОУН–УПА (организации запрещённые в Российской Федерации) стал и епископ-автономист Мануил (Тарнавский). Его похитили националисты, доставили в свой лесной лагерь, подвергли пыткам, и 7 мая 1943 года он был повешен. Всего известны 27 случаев убийств священников Украинской Автономной Православной Церкви националистами.
В годы оккупации в общение с УАПЦ вошёл Феофил (Булдовский), получивший от оккупантов разрешение на управление приходами Левобережной Украины с титулом – «наипочтеннейший митрополит всея Левобережной Украины». Под его управление оккупанты передали территории Харьковской, Сумской Полтавской епархий и частично территорию Курской епархии. Булдовский дал оккупантам обещание служить на украинском языке, поминать фюрера и его «победоносное воинство», а также не крестить евреев. Сам же Булдовский требовал от коллаборационистских органов самоуправления не регистрировать священников не его юрисдикции, не допускать переходов автокефалов к автономистам. Он принимал в общение клириков-самосвятов, но при этом, находясь в общении с УАПЦ, искал возможности установить контакты с митрополитом Серафимом (Лядэ) – иерархом Русской Православной Церкви Заграницей, пользовавшимся наибольшим доверием немцев. После освобождения Харькова отчитался перед представителями советского командования и, получив разрешение, выехал в Ульяновск с намерением принести покаяние митрополиту Сергию (Страгородскому). Был арестован в дороге. Умер в тюрьме, находясь под следствием.
Поликарпу (Сикорскому) и многим другим автокефалистам удалось уйти с отступающими немцами.
Возрождение автокефалистского раскола на Украине
В последние годы пресловутой горбачёвской «перестройки», на волне националистического движения и выхода из подполья исторически теснейшим образом с националистами Греко-католической церкви, санкционированного тем же Горбачёвым после встречи в декабре 1989 года с папой Иоанном Павлом II, на западе Украины обостряется интерес к церковным вопросам на ниве поисков «национальной идентичности». У униатов нет официально зарегистрированных храмов. Все действующие храмы – православные. Первый храм, захваченный сторонниками УГКЦ, националистами и просто политизированными обывателями, – Преображенская церковь во Львове, где служил и возле которого был убит в 1948 году борец с унией протопресвитер Гавриил Костельник. Несомненно,насильственные действия униатов и националистов по захвату этого храма имели символическое знаковое значение. Власти занимают выжидательную позицию, не пытаясь решить конфликтную ситуацию цивилизованным путём. На насилие, проявляемое своими приверженцами, закрывает глаза Ватикан. Старается не замечать ситуацию и священноначалие экзархата. И вскоре захват храма и добровольные переходы православных приходов в УГКЦ принимают массовый характер.
На националистической волне определённые политические силы вспоминают и о УАПЦ. Народный Рух включает в свою программу восстановление УГКЦ и УАПЦ. Православие в националистической упаковке будет более приемлемо на Востоке, нежели непонятно и совсем не близкое «схиднякам» униатство. По инициативе Руха 15 февраля 1989 года в Киеве организуется комитет по восстановлению УАПЦ. Идею поддерживают более радикальные националисты и представители «Мемориала» (запрещён в России). Во главе комитета заштатный священник Латвийской епархии РПЦ протоиерей Богдан Михайлечко. Но власти не спешат с регистраций комитета.
Тем временем 19 августа 1989 года во Львове настоятель Петропавловской церкви протоиерей Владимир Ярема заявляет о том, что вместе с прихожанами переходит в Константинопольский Патриархат и начинает поминать за богослужением патриарха Константинопольского Димитрия, ложно заявляя прихожанам о том, что патриарх прислал ему антиминс.
Биография этого человека примечательна. Родился в 1915 году на территории Австро-Венгрии в семье украинцев – униатов. При польской власти в 1938–1939 годах служил в армии. При нападении Германии на Польшу попал в плен. Вступил в ОУН (запрещена в России). В 1942–1944 годах на средства, предоставленные греко-католическим митрополитом Андреем Шептицким, учился во Львовской искусственно-промышленной школе. Хотел поступать в семинарию, но был призван в Красную Армию, в рядах которой пробыл недолго. После Львовского Собора 1946 года, ликвидировавшего унию в Галиции, стал православным и в 1947 году принял священный сан. Служил на сельских приходах, с 1958 года – во Львове. С 1969 года – настоятель Петропавловской церкви.
За свои антиканонические действия Ярема был предан духовному суду и запрещён в служении львовским архиереем Никодимом (Руснаком). Но идеи восстановления УАПЦ не оставил. Начал искать епископов для возрождаемой структуры. Поиск среди эмигрантов был затруднителен, поэтому он нашёл подходящего кандидата среди архиереев РПЦ. Им стал пребывавший на покое бывший епископ Житомирский Иоанн (Боднарчук), тоже галичанин, тоже бывший униат, обиженный на Патриархию за нежелание перевести его на другую кафедру. Заручившись его согласием, Ярема созвал «Собор» и 20 октября 1989 года объявил о возрождении УАПЦ, о чём и уведомил не бывшего на Соборе Боднарчука. Тот внёс свои коррективы в самоназвание, наименовав новую псевдоцерковнуюструктуру «Украинской автокефальной апостольской Церовью греко-украинского обряда» и объявив себя её первоиерархом. Но первоиерархом уже был объявлен проживавший в эмиграции Мстислав (Скрыпник) – активный националист, коллаборационист, служивший у немцев, поставленный в епископы УАПЦ в 1942 году. Фигура Мстислава была призвана ради создания образа преемственности с УАПЦ в прежнем варианте, а Боднарчуку осталось довольствоваться титулом архиепископа, но реально управляющего приходами на Украине, которых в 1990 году было около двухсот. Располагались они на Западной Украине. Правда власть архиепископа ограничивалаЦерковная Рада УАПЦ и необходимость обращаться к Мстиславу по ключевым вопросам.
1 ноября 1989 года новоиспечённый «архиепископ» известил патриарха Московского и всея Руси Пимена о своём выходе из Русской Православной Церкви. В ответ его начали увещевать и отговаривать, затем вызвали на суд в Патриархию. Он дважды не являлся и 13 ноября 1989 года был лишён сана и монашества.
Новых епископов для своей структуры Боднарчук в одиночку рукополагать не мог, поэтому для участия в первых хиротониях был привлечён авантюрист Викентий Чекалин – бывший диакон Тульской епархииРПЦ, выдававший себя за тайно рукоположенного архиерея Катакомбной Церкви.При этом никаких подтверждений самого факта рукоположения у него не было. Всё это вызвало серию скандалов вокруг УАПЦ. Много шума надела история с хиротонией родного брата Ионна Боднарчука Василия, поставленного им вместе с Чекалиным без ведома Церковной Рады. Мстислава также не поставили в известность. А впоследствии выяснилось, что Боднарчук с Чекалиным тайно рукополагали «епископов» для разных маргинальных групп сектантского характера (Богородичный Центр, Истинная Церковь Откровения Иоанна Богослова), и вовсе не имевших отношения к УАПЦ.
В конце жизни Боднарчук просился обратно в РПЦ, но ему ответили, что его вопрос может решить только Поместный Собор. Боднарчук перешёл из УАПЦ в филаретовский раскол, где бел принят как архиерей. Умер он 9 ноября 1994 года.
С филаретовским расколом связана не только судьба одного из возродителей УАПЦ, но и самого автокефалитского раскола. Поэтому, оставив на время повествование о УАПЦ, обратимся к истории самого крупного некогда раскольничьего объединения на Украине.
Филаретовский раскол. Украинская Православная Церковь. Киевский Патриархат
3 мая 1990 года скончался Святейший Патриарх Пимен. Пост Местоблюстителя Патриаршего Престола занял старейший по хиротонии член Священного Синода Русской Православной церкви митрополит Киевский и Галицкий Филарет (в миру Михаил Антонович Денисенко). Согласно многочисленным свидетельствам, он не просто надеялся, а был уверен, что станет патриархом. И эту уверенность внушало ему наличие поддержки со стороны представителей властных структур, с которыми у него всегда были неплохие отношения. Но на поддержку он рассчитывал напрасно. Времена изменились. На Поместном Соборе, проходившем в Троице-Сергиевой лавре 7–8 июня 1990 года посредством тайного голосования патриархом был избран митрополит Таллинский и Эстонский Алексий (Ридигер).
Первый архипастырский визит нового патриарха на Украину, проходивший с 27 июля по 6 августа 1990 года, не только продемонстрировал единство православной паствы со своим Предстоятелем. В ходе встречи патриарха с клириками Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской епархии местные священнослужители, многие из которых уже лишились приходов, просили патриарха предоставить особый статус Церкви на Украине, подчеркнуть её самостоятельность, оформленную официальной грамотой и предоставить Киевскому митрополиту титул «Блаженнейшего».
Патриарх был в курсе этих тенденций. Дело в том, что ещё 9 июля Собрание епископов в Киеве обратилось к патриарху и Синоду с просьбой предоставить Церкви на Украине независимость и самостоятельность в управлении. При этом они уже избрали предстоятелем, уже явно не экзархата, митрополита Филарета (Денисенко).
Синод РПЦ рассмотрел обращение украинских епископов на заседании 20 июля и представил его на суждение Архиерейского Собора РПЦ, проходившего в Москве 25–27 октября. На соборных заседаниях некоторые украинские архиереи вели уже речь об автономии как о первой ступени автокефалии. Но далеко не все собратья с Украины их поддерживали. В результате Собор провозгласил независимость и самостоятельность в управлении Украинской Православной Церкви (экзархат был упразднён), выборность предстоятеля украинскими епископами с последующим благословением его патриархом Московским и всея Руси. Предстоятелю усваивается титул «Блаженнейший», предоставляется право ношения двух панигий и предношения Креста при совершении Литургии. Устанавливалось также председательство Киевского митрополита в Синоде Украинской Православной Церкви, а за Синодом закреплялось право образовывать епархии и производить назначения на кафедры архиереев.
Решения Архиерейского Собора направили на утверждение будущего Поместного Собора. Но при этом о полной независимости Украинской Православной Церкви в каноническом единстве с Московским Патриархатом патриарх должен был объявить, прибыв 28 октября в Киеве, на Литургии в храме святой Софии. Литургия состоялась, но торжество было испорчено побоищем между правоохранителями и боевиками-националистами, пытавшимися прорваться к храму и сорвать богослужение. К такому приёму патриарх, всегда помнивший о достоинстве Церкви, которую он представляет, был не готов. Озверелые лица националистов, вопли «геть московского попа», служба в святой Софии под рёв толпы, доносившейся с площади. Всё это произвело на него тяжёлое впечатление и он не скоро возвратился к практике патриарших визитов на Украину. Грамота, привезённая патриархом о независимости УПЦ также не стала главным информационным поводом. СМИ смаковали подробности битвы правоохранителей с экстремистами или раскручивали тему параллельных церковных торжеств, связанных с прибытием в Киев Мстислава (Скрыпника), прилетевшего в столицу Украины 19 октября. Интронизация его как «патриарха Киевского и всея Руси-Украины» проходила 18 ноября в Софийском соборе. Во время литургии ему сослужили 40 священников и ещё 200 присутствовали на службе.
Мстислав учредил Патриарший Совет и Патриаршую канцелярию, отстранил от дел Боднарчука. Управделами был назначен двадцатидевятилетний митрополит Антоний (Масендич) – бывший клирик РПЦ. Произведя ещё некоторые кадровые перестановки, Мстислав отбыл в США.
На момент провозглашения государственного суверенитета Украины летом 1991 года в УПЦ насчитывалось 5 тысяч приходов, в УАПЦ – 1,8 тысяч.
После неудачной попытки ГКЧП спасти СССР, Украина 24 августа 1991 года в одностороннем порядке вышла из состава Советского Союза. Её первым президентом стал бывший секретарь ЦК КПУ по идеологии Л.М. Кравчук. Теперь националистическая идеология разной степени оголтелости заняла магистральное направление в общественной и политической жизни страны. Этот процесс коснулся и церковной сферы. Кравчук считал, что в независимой стране должна быть независимая Церковь. УПЦ связана с Москвой, хотя из Москвы не управляется. Но именно при Кравчуке в государственной пропаганде зазвучали обвинительные нотки, которые очень быстро начали звучать всё громче. На Москву, на Россию, на русских списывали все неудачи, последовательно формировали образ народа и государства – антипода.Но УПЦ была самой многочисленной и самой влиятельной конфессией. Кравчук мечтал сделать её автокефальной. Затем присоединить к ней отчати популярную только на западе страны УАПЦ. Во главе УПЦ стоял хорошо известный в политическом истеблишменте Украины Филарет. Он явно тоже двигал УПЦ к автокефалии.
Под давлением Филарета Собор архиереев УПЦ, проходивший в Киеве 1–3 ноября 1991 года обратился к патриарху Алексию с призывом предоставить УПЦ полную автокефалию в связи с обретением Украиной государственной независимости и ради уврачевания раскола и достижения церковного единства. Украинские епископы просили также об учреждении патриархата. Параллельно действовал Кравчук, созвавший 20 ноября межконфессиональный форум «Новой Украине – независимую Церковь». В результате представители 16 конфессий, в их числе представители УГКЦ и УАПЦ, выносили свои суждения о дальнейших судьбах Православной Церкви на Украине.
По церковной линии 22 января 1992 года Архиерейское совещание в Киеве потребовало от Москвы как можно скорее решить вопрос о полной канонической самостоятельности УПЦ. В выступлениях на совещании возводились обвинения на российские СМИ, организовавшие клеветническую кампанию против митрополита Филарета. Момент для тогдашнего предстоятеля УПЦ действительно крайне неприятный. В российских СМИ действительно появились материалы о том, что Филарет в нарушение монашеских обетов живёт в тайном браке, выдавая фактическую жену за родственницу, а совместных детей тайные супруги выдают за приёмных. Но дело здесь не прессе, точнее не только в ней. О предосудительном поведении Киевского митрополита докладывал в Москву епископ Ионафан (Елецких), за что в УПЦ его лишили сана. Отомстил Филарет и архиереям, не подписавшим резкое обращение с требованием автокефалии. Епископы Алимпий (Погребняк), Онуфрий (Березовский)и Сергий (Генсицкий) были незамедлительно переведены на другие кафедры. В связи с этим патриарх Алексий обратился 4 февраля к митрополиту Филарету с рекомендацией воздержаться о любых канонических прещений. Филарет ответил: прошу не принимать никаких решений, касающихся внутренней жизни УПЦ, в которой он несомненно чувствовал себя полноправным хозяином.
Священный Синод РПЦ, проходивший 18–19 февраля 1992 года, выработал текст послания, направленного митрополиту Филарету и епископату УПЦ, в котором отвергались все обвинения в затягивании решения вопроса об автокефалии и указывалось на то, что подобные обращения о предоставлении УПЦ полной канонической самостоятельности может решить только её Поместный Собор, а не совещание находящихся под давлением епископов. Указывалось на то, что на Украине многие не хотят покидать РПЦ и в любом случае они будут в РПЦ приняты.
Обсуждение вопроса о предоставлении УПЦ автокефалии проходило на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви, проходившем в Москве, в Даниловом монастыре, 31 марта – 5 апреля 1992 года. Участвовало 97 архиереев. Из них – 20 украинских. На тот момент – все украинские епископы кроме одного. Дискуссия проходила бурно. Единство по вопросу автокефалии оказалось призрачным. Большинство архиереев, в том числе и украинских, выступило против.
Председатель ОВЦС архиепископ Смоленский и Калининградский Кирилл (Гундяев) заявил о том, что украинские епископы испытывают страх перед Филаретом, а также сделал заявление о попытках сторонников автокефалии прозондировать вопрос о предоставлении автокефалии Константинопольским Патриархатом. Попыка эта оказалась безуспешной. На Фанаре заявили о том, что автокефалию может предоставить только РПЦ.
Митрополит Филарет (Денисенко) заявил о готовности уйти со своего поста с условием, что следующего предстоятеля изберут в Киеве, чтобы никто не мог обвинить в давлении, оказываемом Москвой. Обещал восстановить всех смещённых со своих постов. В залог верности данным обещаниям целовал Крест и Евангелие. Кравчуку Киевский митрополит сообщил, что вопрос об автокефалии отложили до Поместного Собора.
После возращения в Киев на пресс-конфернции, организованной 14 апреля в Укроинформагентстве, Филарет заявил о том, что при проведении Архиерейского Собора юыли допущены нарушения процедурного порядка, что данная им присяга была вынужденной, а потому – недействительной, что он пострадал за автокефалию и стал жертвой «имперских притязаний».
Он попытался собрать архиереев в своей резиденции, но явился только один – известный националистическими взглядами епископ Иаков (Панчук). Через несколько месяцев к нему присоединился епископ Львовский Андрей (Горак).
Филарет с поста не уходил, на запрос патриарха Алексия не ответил, на заседание Синода РПЦ не явился. Синод 7 мая 1992 года обвинил Филарета в хуле на Собор, запретил ему действовать как первоиерарху РПЦ, объявил все налагаемые им прещения ничтожными. В постановлении Синода оговаривалось, что в случае неподчинения синодальному решению митрополит предстанет перед судом Собора.
Среди националистов Филарет не пользовался уважением. Слишком тесной была его связь с советской номенклатурой. Слишком рьяно выполнял он «пожелания» и «рекомендации» власть имущих. Известно было и его презрительное отношение к украинскому языку, на котором он не то что не служил, но и не разговаривал ни в официальной обстановке, ни в быту. Теперь же он вдруг стал служить на украинском, произносить проповеди и раздавать интервью на мове. Но главное он активно начал налаживать контакты с боевиками из националистических группировок. И сумел понравиться националистом. Они его приняли, хотя и с оговорками.
В Москве же продолжалось решение «филаретовского вопроса». Синод РПЦ поручил 21 мая 1992 года старейшему по хиротонии архиерею УПЦ митрополиту Никодиму (Руснаку)в срочном порядке созвать и провести Архиерейский Собор для выборов нового предстоятеля УПЦ, а до его избрания Синод вверил управлениеУПЦ митрополиту Никодиму. Филарет телеграммой известил патриарха Алексия о своём несогласии с синодальным решением. Патриарх накануне Собора вновь телеграммой увещевал Филарета принять решение со смирением.
Архиерейский Собор УПЦ прошёл в Харькове 27 мая 1992 года. Филрет был запрещён в служении и отправлен за штат. Предстоятелем УПЦ избрали митрополита Ростовского и Новочеркасского Владимира (Сабодана). Патриарх Алексий благословил. Православные Поместные Церкви признали избрание.
Архиерейский Собор РПЦ, состоявшийся в Москве 11 июня 1992 года, при отсутствии митрополита Филарета (Денисенко), не явившегося на соборное заседание, и ещё пяти украинских епископов рассмотрел заявление украинских епископов, в котором Филарет обвинялся в жестокости и высокомерии в отношении собратьев-архиереев, в соблазнительном поведении, дающем повод внешним для хулы на Церковь, в невыполнении обещания созвать Архиерейский Собор УПЦ, а также в том, что он оставил пост предстоятеля УПЦ, несмотря на обещание, данное перед Крестом и Евангелием. Но самые тяжёлые обвинения возводились на него за то, что он при этом продолжал рукополагать епископов и учинил раскол.
Собор признал обвинения обоснованными и постановил: извергнуть митрополита Филарета (Денисенко) из сана, лишив всех степеней священства, рукоположения, совершённые импосле 27 мая, считать недействительными. Собор также изверг из сана епископа Иакова (Панчука).
Посланием к полноте Украинской Православной Церкви Собор разъяснил, что причиной суровых прещений, наложенных на бывшего предстоятеля УПЦ, послужило не его стремление к автокефалии, а конкретные антицерковные действия.
Решений Собора Филарет не признал, и начал готовиться к дальнейшему развитию ситуации. Он захватил финансы УПЦ, с помощью боевиков УНА–УНСО (запрещены в России) не допустил представителей УПЦ во Владимирский кафедральный собор, сохранил за собой резиденцию на Пушкинской улице в Киеве. По наущению Филарета боевики УНА–УНСО пытались взять штурмом Киево-Печерскую лавру, но этому воспрепятствовало сопротивление православного народа и действия спецподразделения «Беркут».
В этот период Филарета поддержал Кравчук, объявивший Харьковский Собор незаконным, так как он собрался без ведома предстоятеля УПЦ и не в Киеве.
Действия на каноническом поле для Филарета были закрыты, но готов активно действовать и в неканоническом пространстве. Ещё до осуждения и извержения из сана он после устроенной Кравчуком межконфессиональной конференции вступил в переговоры с управделами УАПЦ Антонием (Масендичем), а по свидетельству Масендича сговаривался об объединении с УАПЦ с епископом УАПЦ Владимиром (Романюком). При этом переговоры велись за спиной Мстислава (Скрипника).
Извергнутый из сана 11 июня Филарет уже 26 июня 1992 года сослужит с Масендичем и другими представителями УАПЦ. Воспылав ревностью о канонической чистоте и безупречности, он, лишённый сана, «перерукополагает» Масендича и других архиереев УАПЦ. Богослужение, проходившее в Софийском соборе, ознаменовалось громкой церковно – политической акцией – снятием анафемы с гетмана Мазепы.
Обеспокоенный активностью Филарета и Масендича Мстислав в срочном порядке прилетел на Украину, где с ним принялся вести переговоры Кравчук.
Филарет и Масендич попытались добиться признания объединившихся в Киевский Патриархат раскольничьих структур у Константипольского патриарха. Они надеялись на успех, поскольку на Фанаре медлили с признанием избрания предстоятелем УПЦ митрополита Владимира (Сабодана). Вожди раскола надеялись получить вместе с признанием и святое миро. Но в Стамбуле их приняли с почётом, а от признания и выдачи мира уклонились. Избрание же митрополита Владимира состоялось после письма патриарха Алексия от 26 августа 1992 года.
Мстислав дважды встречался с Филаретом и даже признал было объединение, но против выступила его эмигрантская паства, помнившая выступления и интервью Филарета советского периода. В результате Мстислав отказался от объединения и лишил сана Масендича и Романюка. От Филарета вскореушли архиереи: Николай (Грох), Антоний (Фиалко), Спиридон (Бабак)и Антоний (Масендич). Они принесли покаяние и были приняты в общение с Православной Церковью.
Филарет остался возглавлять УПЦ КП. Именно в этот период от него стали исходить обвинения в адрес канонической УПЦ. Он обвинял её приверженцев в антиукраинской и антигосударственной деятельности. При поддержке и активном участии националистов филаретовцы начали захватывать православные храмы.
Тем временем назревал раскол в расколе. В 1993 году в УПЦ КП оформилась оппозиция Филарету во главе сархиепископом Львовским Петром (Петрусем) и Владимиром Яремой. Их поддерживали около пятисот приходов. Они считали своим предстоятелем Мстислава, но тот умер 11 июня 1993 года. Собор оппозиционеров возобновил обособленное существование УАПЦ, которую возглавил Ярема. 24 августа 1993 года он одновременно с женой принял монашество и был наречён в постриге Димитрием. За постригом последовала хиротония. 5сентября он был рукоположен во епископа Переяславского и Сичеславского. 7 сентября Второй Поместный Собор УАПЦ избрал его патриархом Киевским и всей Украины. Интронизация состоялась 14 октября в древнем храме Спаса на Берестове.
У филаретовцев (УПЦ КП) патриархом стал Владимир Романюк – бывший униат, бандеровец,с 1964 года – священник РПЦ, осуждённый в 1972 году за националистическую деятельность. Но семилетний срок заключения он до конца не отбыл, благодаря пропагандистской кампании на Западе, и в 1976 году выехал в США, где служил в УАПЦ. В 1987 – 1990 годах жил в Канаде. Затем вернулся на Украину, где примкнул к Боднарчуку и Яреме. Избрание состоялось на Соборе, проходившем в Киеве 21 – 24 октября 1993 года. Филарету вновь не достался белый патриарший куколь, но зато он в «Блаженнейшего митрополита Киевского» и в должности заместителя патриарха всея Руси – Украины полностью контролировал всё жизнь УПЦ КП, особенно её финансово – экономическую составляющую, но как только «патриарх» решил всерьёз поинтересоваться, как распределяются финансовые потоки, он внезапно скончался при странных и невыясненных обстоятельствах 14 июля 1995 года.
Поместный Собор УПЦ КП избрал 20 октября 1995 года Филарета патриархом Киевским и всея Руси – Украины. Интронизация прошла 22 октября во Владимирском соборе Киева.
С 1995 года начинается период переговоров. Филаретовцы ведут «диалог любви» с УГКЦ.
Предстоятель УПЦ митрополит Владимир (Сабодан) встречается 14 ноября 1995 года с епископами УАПЦ Мефодием (Кудряковым), Петром (Петрусем) и ушедшим незадолго до этого от Филарета Андреем (Абрамчуком). В тот же день в Киеве проходит Архиерейский Собор УАПЦ. Его участники заявляют о том, 5 – 6 июля 1996 года состоится Поместный Собор УАПЦ по вопросу объединения с УПЦ.
Синод УПЦ принимает 22 ноября 1995 года решение о возможности предоставления УАПЦ прав автономной Галицкой митрополии.
Обеспокоенный объединительными тенденциями Филарет укорял президента Кучму за отсутствие чёткой религиозной политики, а против УПЦ выдвинул обвинение в том, что она является иностранной религиозной организацией.
Объединения не произошло. Ряд архиереев УПЦ выступили против, потребовав от УАПЦ покаяния за раскол. Ярема, который вообще был против объединения, заявил, что покаяния не будет.
Определённый оптимизм в стане раскольников вызвал конфликт между Московской Патриархией и Фанаром по поводу учреждения Константинопольским Патриархатом Эстонской Православной Апостольской Церкви, но вскоре энтузиазм остыл после заявления, сделанного в патриархомВарфоомеем в Одессе сентябре 1997 года. Патриарх заявил, что признаёт на Украине ту Церковь, которую возглавляет митрополит Владимир (Сабодан).
С осени 1997 года УАПЦ переживала глубокий внутренний кризис. Острый конфликт возник между Яремой и Петрусём. Ярема объявил Петруся лишённым сана. В ответ Петрусь и ещё несколько епископов покинули УАПЦ. Ярема заявил о ликвидации УАП на Украине, но потом своё заявление дезавуировал.
Ярема умер 25 января 2000 года. В его завещании, составленном в 1999 году, речь шла о том, тобы после его смерти не выбирали патриарха, а подчинились бы УАПЦ в США.
С 1 марта 2000 года местоблюстителем УАПЦ стал Мефодий (Кудряков), духовным главой в УАПЦ признавали проживавшего в США митрополита Константина (Багана).
В 2002 году по просьбе Архиерейского Собора УАПЦ Мефодий принял титул «Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины». Скончался 24 февраля 2015 года, завещав продвижение УАПЦ в сторону Константинополя и ведение переговоров с «украиноцентричной частью УПЦ» в лице митрополита Александра (Дробинко). По замыслу Кудрякова следовало объединяться в едину Поместную Церковь Украины под эгидой Константинопольского Патриархата.
Возвращаясь к деятельности Филарета, отметим, важный момент. 21 февраля 1997 года на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви, проходившем в Москве, в Свято – Даниловом монастре, монах Филарет (Денисенко) как продолжающий раскольническую деятельность был отлучён от Церкви и анафематствован. Но при этом он продолжал и продолжает до настоящего времени совершать хиротонии, которые недействительны. Это создало определённые проблемы на следующем этапе «борьбы за единую Поместную Церковь Украины» при президенте Петре Порошенко.
Появление ПЦУ как объединения раскольнических групп, сплотившихся с целью искоренения УПЦ как русской церкви и создания «украинской» национальной церкви
Нам известен внешний ход событий на пути создания т.н. Православной Церкви Украины (ПЦУ). Главным медийным лицом этого процесса выступал сам президент Украины Пётр Порошенко, считавший создание ПЦУ своим большим достижением. Закулисная история возникновения ПЦУ остаётся до времени загадкой. Провозгласивший лозунг о едином народе, едином языке и единой Церкви Порошенко заявил 17 апреля 2018 года о своём намерении обратиться к патриарху Константинопольскому с просьбой о создании на Украине Поместной Церкви и даровать ей автокефалию. С самого начала было очевидно, что базой для новой Церкви могут стать раскольничьи объединения, которые получат легитимность от Константинопольского патриархата. Но Варфоломею предстояло действовать на канонической территории другой Православной Поместной Церкви. И здесь необходим отметить одну особенность, характерную для сознания проживающих в Стамбуле Вселенских Патриархах, убеждённых в том, что они являются не первыми по чести среди равных им по благодати, а некоей высшей инстанцией, которой позволено творить суд на чужой канонической территории и принимать апелляции от представителей других юрисдикций. Это неправое убеждение некоторые богословы и канонисты именуют православным папизмом.
Для того, чтобы создать видимость легитимных действий на чужой канонической территорий Варфоломей в мгновение ока сделал её своей, отменив 11 октября 2018 года документ 1686 года о передаче Киевской митрополии Московскому Патриархату. «Восстановил в сане» анафематствованногоДенисенко и предстоятеля УАПЦ МакарияМалетича – преемника Мефодия Кудрякова, мотивируя свои действия тем, что прещение наложено не за догматические уклонения, исключительно по политическим мотивам. Данное утверждение является абсурдным, поскольку вышеприведённые факты деятельности бывшего митрополита Филарета показывают его как церковного раскольника, так же как постановления Московского Собора изобличают его именно в этом грехе, а не в политических пристрастиях.
Автоматически в «сущем сане» были признаны все рукоположенные в расколе епископы и клирики. Правильного рукоположения Варфоломей их так и не удостоил, привязав тем самым клир ПЦУ к Константиопольскомупатриархату. Затем 15 декабря 2018 года на Объединительном Соборе двух расколничьих деноминаций была провозглашена Православная Церковь Украины. 6 января 2019 года избранному предстоятелю ПЦУ очередному «митрополиту Киевскому и всея Украины» был вручён томос о независимом статусе ПЦУ. Из его текста следует, что ПЦУ и не очень независимая. В томосе речь идёт о неких (без конкретизации) «важных вопросах», которые должны решаться по согласованию с Константинополем, ПЦУ не может открывать епархии и приходы за пределами Украины, не может варить миро. Последнее обстоятельство и вовсе ставит под вопрос автокефальность ПЦУ, поскольку свобода совершения богослужебных действий является неотъемлемым признаком независимости Поместной Церкви[1]. Когда Денисенко осознал, что его хотят не допускать к реальным рычагам управления, а готовят для него роль зиц-председателя не у дел, он тут же воспользовался ситуацией и указал на то, что он боролся за независимый патриархат, а тут получилась зависимая митрополия, и подчинение Москве сменилось на подчинением Стамбулу. Денисенко дезавуировал заявление о ликвидации Киевского Патриархата, который defakto продолжает свою деятельность до сего дня. Совсем ничтожным оказался эффект в отношении УПЦ. Из 97 украинских архиереев только двое перешли в ПЦУ: известный своими националистическими взглядами митрополит Симеон (Шостацкий) и не менее известный скандальный митрополит Александр (Дробинко).
Пользуясь поддержкой со стороны властей Украины, ПЦУ приступила к захвату храмов и монастырей УПЦ. Весной 2023 года по надуманному постановлению суда по обвинению в том, что пребывание православных монахов в обители представляет угрозу национальной безопасности, был аннулирован договор между Киево-Печёрской лаврой и музеем-заповедником. Православные монахи, несмотря на протесты верующих, были выдворены с территории обители. Сама лавра была передана руководству ПЦУ. Не смотря на заявления Сергея Думенко о сохранении святынь и художественных ценностей, существуют сведения об их продаже за границей с аукциона.
Епархии УПЦ лишаются своих храмов. Под давлением местных властей, а в некоторых случаях с применением физического насилия храмы незаконно передаются в ведение ПЦУ. Православные общины УПЦ при этом вынуждены искать новые места для богослужения. Точных данных о количестве захваченных храмов нет. Приблизительные данные представляются источниками по-разному. Лоббист ПЦУ и внештатный эксперт ГЭСС Андрей Смирнов на своей странице в социальной сети Facebook (признана экстремистской и запрещена в России) указывает цифру 1127 храмов, перешедших в ПЦУ, из которых за 2024 г. 159 приходов. Международный адвокат Р. Амстердам в открытом письме В. Зеленскому 6 августа 2024 года говорит о захвате 1500 храмов со стороны ПЦУ.
Творцы ПЦУ добились нового разделения в православном мире, ведь рано или поздно пред каждой из Поместных Церквей встанет вопрос о признании или непризнании детища Порошенко – Варфоломея.
Хотя программа максимум не была выполнена ПЦУ работает на раскол в украинском обществе, на разрыв с традицией. Яркое свидетельство тому – переход на григорианский календарь, который приняли униаты, хранившие верность юлинскому календарю со времён Брестской унии. Подобно филаретовцам, – а именуемый Епифанием Сергей Думенко прошёл хорошую школу в филаретовском расколе, – в ПЦУ начинают практиковать люстрацию святых по национальному признаку. Недавно Думенко «исключил из святых» благоверного князя Александра Невского, бывшего, между прочим, великим князем Киевским. Также прекращено празднование памяти явления Казанской иконы Божией Матери. Изъятие праздников из календаря по национальному принципу неизвестно в православном мире: во всех Поместных Церквах признаётся, а во многих случаях совершается память священных событий и лиц, связанных с другими народами. Цензура церковного календаря – экстраординарное событие, ломающее представление о православной традиции совершения праздников. Ценность открытия Бога миру или святой жизни отдельных людей заменяется политической идеологией, возникшей зачастую позднее произошедших событий.
На то, что авантюра с созданием ПЦУ не достигла главных целей свидетельствует бурная деятельность Зеленского и украинских законодателей по запрету деятельности канонической Церкви. Возможен вариант создания ещё одной структуры, но уже непосредственно подчинённой Константинопольскому Патриархату.
[1]Мироварение — богослужебный обряд, во время которого освящается святое миро (специальное ароматическое масло). Святое миро – обязательный атрибут таинства Миропомазания, которое знаменует дарование помазуемому даров Святого Духа. В настоящее время таинство Миропомазания совершается одновременно с таинством Крещения, дополняя его. Отсутствие мира делает невозможным совершение таинства Миропомазания.